"Самовар" Казимира Малевича, фрагмент/Wikimedia Commons

В парижском музее современного искусства «Центр Помпиду» открылась масштабная выставка «Кубизм», на которой представлено множество работ Пикассо, Брака, Леже и других знаменитых художников ХХ века. Выставка бьет рекорды посещаемости, однако организаторы столкнулись с «историей, достойной детективного романа», — пишет le Figaro.

Российский музей-заповедник «Ростовский кремль» утверждает, что одна из представленных на выставке работ была украдена. Речь идет о картине Казимира Малевича «Самовар», которая внесена в каталог Нью-Йоркского музея современного искусства MoMA. Эксперты оценивают стоимость картины в 13-18 миллионов евро.

Картина «Самовар» была написана в 1913 году в Москве, выставлялась в Санкт-Петербурге и Париже, а затем была приобретена Народным комиссариатом просвещения РСФСР в 1920 году. В 1922 году ее передали ростовскому музею. Согласно информации MoMA, в 1972 году полотно было продано на лондонском аукционе Sotheby’s. В 1977 году владельцем картины был американо-израильский бизнесмен Мешулам Риклис (Meshulam Riklis), в 1983 году картина была передана в MoMA.

В этой истории много пробелов: неясно, где находилась работа с 1922 по 1972 годы, и каким образом «Самовар» оказался на аукционе Sotheby’s. Российская сторона выдвинула ряд гипотез.

По мнению Андрея Сарабьянова, куратора Центра авангарда при Еврейском музее в Москве, все дело в хаосе, который царил в советских художественных учреждениях после революции. В начале 1920-х годов сотни произведений русского авангарда были переданы региональным музеям. «Картину передали ростовскому музею по указу управления музеев Наркома просвещения в 1922 году», — рассказывает замдиректора музея-заповедника «Ростовский кремль» Сергей Сазонов.

Сарабьянов поясняет, что авангард не нравился консерваторам, и с приходом к власти Сталина это направление стало считаться «буржуазным» и «контрреволюционным». По словам искусствоведа, в те смутные времена картины Кандинского, Малевича или Шагала могли просто выбрасывать на свалку или раздаривать. Какие-то полотна могли быть украдены. Следы многих работ теряются в 1940-х и 1950-х годах. Когда в 1960-х СССР стал открываться для иностранных туристов, «контрабанда художественных ценностей получила широкое распространение», а после Перестройки и распада СССР явление приобрело катастрофические масштабы.

История осложняется еще и тем, что полотно под названием «Самовар», приписываемое Малевичу, много лет значилось в каталоге музея «Ростовский кремль». Однако, по результатам экспертизы, которую в начале 1990-х провела искусствовед Светлана Джафарова, картина оказалась подделкой. В 2017 году была проведена повторная более тщательная экспертиза, и она подтвердила версию Джафаровой.

По словам замдиректора ростовского музея, присутствие подделки в коллекции означает, что оригинал похитили. Он считает, что «подлинник был украден и заменен копией в 1960-х годах при соучастии нескольких музейных сотрудников».

В 1996 году искусствовед Константин Акинша опубликовал статью «Фейк» в американском журнале Art News, в которой обвинил Светлану Джафарову в «предательстве русского авангарда». Между тем, Сергей Сазонов утверждает, что нью-йоркские коллеги ни разу не связывались с ростовским музеем, по его мнению, это очевидное «нарушение Кодекса этики Международного совета музеев».

Журналисты le Figaro отмечают, что никто из российских собеседников издания не смог объяснить, почему история, уже много лет известная российскому музейному сообществу, всплыла только сейчас.

На фоне развивающегося скандала Париж ведет себя крайне осторожно. В «Центре Помпиду» утверждают, что российские коллеги не отправляли никаких запросов насчет «Самовара», и настаивают, что куратор выставки ничего не знала о сомнительном провенансе этой работы. Между тем, в подписи к картине на выставке не указано, что ранее она входила в собрание ростовского музея, хотя эта информация есть в каталоге MoMA.

Представители лондонского офиса Sotheby’s отмалчиваются, хотя аукционный дом, несомненно, располагает важной информацией, ведь именно там картина была впервые легализована на Западе, подчеркивает le Figaro. Американский музей MoMA также отказался давать комментарии французским журналистам.