Технологический прорыв в юриспруденции

15 сентября 2021 года на заседании Правительственной комиссии по цифровому развитию, использованию информационных технологий для улучшения качества жизни и условий ведения предпринимательской деятельности была  утверждена Концепция развития технологий машиночитаемого права. Это первый официальный документ, в котором систематизированы имеющиеся представления о машиночитаемом праве, а также определены основные направления развития соответствующих технологий. Утверждение Концепции является важнейшим шагом на пути массового внедрения возможностей искусственного интеллекта для совершенствования разработки и применения отечественного законодательства. По словам куратора инициативы, заместителя Председателя Правительства Российской Федерации, Д.Н. Чернышенко, концепция была разработана благодаря усилиям ведущих российских и международных экспертов. Обоснование необходимости развития технологий машиночитаемого права было разработано группой ученых из Сколково, подходы к пониманию машиночитаемого права были определены рабочей группой «Нормативное регулирование» при АНО «Цифровая экономика», а анализ российского и зарубежного опыта применения данной технологии в разных сферах провела Анна Якунина, эксперт в области цифровизации и выдающийся юрист-практик международного масштаба. Именно с ней мы провели беседу для того, чтобы разобраться в нюансах новой Концепции.

 

- Анна Александровна, Вы обучались праву в России и в США, а сейчас практикуете по всей Европе, можете ли Вы оценить внедрение технологий машиночитаемого права у нас и за рубежом?

- Технологии машиночитаемого права в той или иной степени будут применяться во всех отраслях законодательства Российской Федерации. Однако и для нас, и для зарубежных коллег это новая концепция, которая проходит сейчас апробацию, за счет чего будет трансформироваться и развиваться в ближайшие 5-10 лет. На сегодняшний день все международное сообщество сходится во мнении, что данные технологии дополняют, а не заменяют собой нормы, написанные на естественном языке. В дальнейшем представляется, что развитие машиночитаемого права, возможно, приведет к его преобладанию в законодательном массиве над нормами, изложенными на естественном языке. В свою очередь нормы на естественном языке будут представлять собой производное изложение норм формального языка на естественном языке.

Одни и те же нормы права, представленные как на естественном, так и формальном языках, будут вступать в силу одновременно и иметь равную юридическую силу. Если говорить про конкретный опыт зарубежных стран, то в США наиболее актуальная государственная инициатива связана с применением технологий искусственного интеллекта с целью выявления и устранения неактуальных и избыточных требований, содержащихся в нормативных актах Правительства США. Пилотный эксперимент был проведен в 2019 в Министерстве здравоохранения и социальных служб США, и по итогам его проведения решено было провести автоматический анализ законодательства на предмет выявления излишних и неактуальных требований также в Министерстве труда, Министерстве транспорта и Министерстве сельского хозяйства. В итоге технология выявила сотни ошибок и устаревших требований - например, требующих от заявителя отправки документов по факсимильной связи. В Китае в марте 2021 года была принята дорожная карта по мероприятиям, необходимым для модернизации правовой системы к 2025 году. В частности, проектом подразумевается модернизация судебной системы посредством внедрения "умных судов". В рамках "умного суда" планируется разработка системы, которая сможет анализировать фактические обстоятельства дела, представленные в суд документы, и уведомлять судью в случае отступления от формальных требований законодательства (обращать внимание на истечение срока рассмотрения дела, на ошибку в случае выхода за установленные пределы назначаемого наказания). При этом с апреля 2020 года в десяти шанхайских судах уже применяются технологии по расшифровке аудиозаписей судебных процессов, предоставлению доказательств в цифровом виде и поиску информации в представленных по делу доказательствах.

- В чем суть и основное действие этих технологий?

- Машиночитаемое право – это изложение правовых норм на формальном языке программирования. Оно основано на онтологии права, то есть на описании на формальном языке множества объектов-сфер применения права, субъектов правоотношений, сделок, а также связей между ними. Оно также основано на инструментах применения таких норм в виде необходимых информационных систем и программного обеспечения. Иными словами, посредством инструментов машиночитаемого права возможно обеспечить «встраивание» норм права в работу информационных систем, предоставляющих различные сервисы в автоматическом режиме, а также обменивающихся данными без участия человека, например, беспилотный транспорт или интернет вещей. Технологии машиночитаемого права во многом меняют само качество юридической деятельности и работы с правовыми документами, когда в основе лежит использование цифровых технологий для перевода текста в машиночитаемую форму, в алгоритм компьютерной программы, в программный код.

- В чем Вы видите основные преимущества внедрения машиночитаемого права?

- Важнейшим положительным явлением можно назвать повышение объективности и обоснованности различных правовых действий, что достигается использованием больших массивов данных, статистической и другой информации. При этом повторюсь, что значение работы юристов и специалистов не только не умаляется, но получает новый аспект — повышается роль аналитической составляющей в их работе. Другим положительным явлением можно назвать существенное сокращение сроков юридических процессов, сроков работы юристов и специалистов, что может достигаться автоматическим заполнением различных документов, упрощением документооборота, оперативным информированием о юридических фактах. Еще одним положительным явлением можно назвать повышение доступности и понятности правовых документов, что в целом может быть достигнуто путем необходимости заранее продумывать возможную алгоритмизацию правовых норм, преодолевать дублирование правовых норм, не использовать размытые категории и понятия, так как все это сложно использовать в связке с технологиями машиночитаемого права.

- Если говорить об отрицательных сторонах технологий машиночитаемого права, какие Вы прогнозируете риски?

- Наиболее проблемной стороной можно назвать высокую зависимость от технического состояния информационной инфраструктуры, именуемую в экспертной среде «проблемой рубильника». Уничтожение или прекращение энергоснабжения устройств хранения и обработки данных, отключение от компьютерных сетей, в том числе сети Интернет, и схожие случаи фактически прекращают само существование машиночитаемого права или сводят функционал информационных систем к минимуму. Другой отрицательной стороной является высокая значимость цифровой информации, приводящая к повышению роли так называемых «цифровых профилей» граждан и юридических лиц. При осознанном или неосознанном удалении цифровых профилей субъект права перестает существовать для информационной системы. Данная проблема именуется экспертами «цифровой смертью пользователя». Третьей отрицательной стороной можно назвать проблему возможного несанкционированного доступа к информационным системам, разглашения персональных данных и непосредственного нанесения вреда интересам участников правовых отношений.

- Приведите, пожалуйста, конкретные примеры технологий машиночитаемого права.

- Одним из преимуществ машиночитаемой отчетности, например, является отсутствие необходимости для бизнеса и граждан предоставлять регулятору одни и те же сведения несколько раз для разных целей, а также снижение расходов бизнеса на сбор данных и заполнение отчетности. Примером такого проекта является платформа ABACUS Национального банка Австрии. Так, австрийские банки направляют в автоматическом режиме в ABACUS отдельные данные о финансовых операциях на следующий день после их совершения по стандартной форме. При поступлении запроса информации от регулятора платформа агрегирует полученные данные в соответствии с заявкой.

Другим примером являются решения в области автоматизации работы с договорами. Сейчас популярны технологии автозаполнения юридической документации, составления документов с помощью конструктора, поиска и систематизации нормативных актов. В качестве актуальных примеров могу назвать автоматизированную систему создания, заполнения и учета соглашений о неразглашении информации (PerfectNDA, США), программу для автоматической проверки договоров на предмет их соответствия законодательству (LawGeex, Израиль), систему автоматического извлечения и систематизации информации из юридической документации (eBrevia Contract Analyzer, США), автоматически заполняемое исковое заявление для обжалования штрафов (DoNotPay, США).

- Вы лично являетесь автором технологии MRLaw Suite, расскажите, в чем назначение данных инструментов.

- По сути это робот-юрист, который извлекает юридически значимую информацию из документов, проверяет корректность внесенных в нее сведений и полномочия участников сделки, и в целом выполняет 90% рутинной работы юриста с документами.  Технология использует множество алгоритмов и инструментов, включая нейросети, конструкторы документов, судебные платформы, позволяющие формировать типовые юридические ответы на документы государственных органов или судов. Это не только автоматизирует и облегчает работу профессиональных юристов, но и помогает обычным гражданам либо сэкономить, либо вовсе обойтись без услуг специалистов в области права, отсюда и огромная социальная значимость данной технологии.

Биографическая справка: Анна Якунина является директором юридического дивизиона компании AELC, а также занимается научно-исследовательской деятельностью. Автор статей «Искусственный интеллект и цифровизация в авиации», «Цифровая трансформация в авиационной отрасли», «Четыре столпа цифровой трансформации воздушного транспорта», «Юриспруденция будущего», «Тренды цифровой революции в юриспруденции» и др. Член приемной комиссии и преподаватель РУДН, автор программ обучения LegalTech в университетах для студентов юридических факультетов. Научный консультант и эксперт ряда министерств и международных организаций, со-автор законодательных актов Федеральный проект «Нормативное регулирование цифровой среды», Федеральный закон от 31 июля 2020 No 259-ФЗ «О цифровых финансовых активах, цифровой валюте и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», Федеральный закон от 31 июля 2020 No 258-ФЗ «Об экспериментальных правовых режимах в сфере цифровых инноваций в Российской Федерации»,  Распоряжение Правительства Российской Федерации от 19 августа 2020 г. No 2129-р «Об утверждении Концепции развития регулирования отношений в сфере технологий искусственного интеллекта и робототехники до 2024 г.», Концепция развития технологий машиночитаемого права Минэкономразвития РФ. Лауреат отечественных и зарубежных премий и наград.

Если Вы нашли ошибку в тексте - выделите ее и нажмите Shift + Enter или Нажмите тут.